Zorkamilk.ru

Домашние наши друзья
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

В Индии поймали леопарда, который две недели держал людей в страхе

Из тени в свет: научатся ли люди уживаться с леопардами

Затаившись в темноте, мы поджидали леопардов на окраине Национального парка имени Санджая Ганди – зеленого острова площадью 104 квадратных километра на сером фоне разбегающихся улиц индийского Мумбаи (бывший Бомбей). Напротив развернулся фронт многоквартирных высоток. На часах было десять вечера, в распахнутые окна неслись звуки: в домах мыли посуду и укладывали спать детей; из далекого храма слышалась религиозная музыка; раздавался звонкий смех подростков, рев мотоциклов.

Людской рой – 21 миллион человек – гудел и грохотал, словно гигантский механизм. А тем временем в зарослях кустарника, совсем близко от нас, леопарды уже навострили уши, выжидая, когда стихнет шум, и зорко вглядываясь в темноту. В этом парке и его окрестностях обитают три с половиной десятка леопардов. Стало быть, на каждую особь приходится около 3 квадратных километров, при том что эти звери без труда могут преодолевать 15 километров в день. Мало того – их окружает один из самых густонаселенных мегаполисов планеты: плотность населения здесь – порядка 30 тысяч человек на квадратный километр.

Но, как ни странно, местная популяция леопардов процветает. Основа их рациона – пятнистые олени и другие животные, живущие в парке. Впрочем, многие леопарды переходят границу между природой и цивилизацией, не встречая никаких преград.

В целом же людей леопарды боятся, и неспроста: кто знает, что у них на уме. Могут полюбоваться, пожалеть, прийти на помощь – а могут облить пойманного зверя керосином, чиркнуть спичкой и спокойно снимать на камеру, как несчастный корчится в языках пламени.

Когда город засыпает, они рыщут по улицам и проулкам, унося собак, кошек, свиней, крыс, кур и коз – всех тех, кто греется у человеческого очага. Порой, хотя и нечасто, их добычей становятся люди. В целом же людей леопарды боятся, и неспроста: кто знает, что у них на уме. Могут полюбоваться, пожалеть, прийти на помощь – а могут предать, погубить, пустить пулю, подложить отраву. Или облить пойманного зверя керосином, чиркнуть спичкой и спокойно снимать на камеру, как несчастный корчится в языках пламени. Поборники охраны природы уверяют, что никаким другим большим кошкам в мире не достается от людей так, как леопардам. Но, несмотря ни на что, эти дикие кошки следуют за нами тенью; у леопардов нет другого выбора: два их обширных ареала – Африка к югу от Сахары и Индийский субконтинент – входят в число самых густонаселенных регионов планеты.

По подсчетам специалистов, человеческая экспансия уже стоила леопардам 66 процентов их территории в Африке и 85 процентов в Евразии, причем основные потери пришлись на последние 50 лет. Во многих районах выжить можно лишь бок о бок с человеком. Леопарды могут охотиться на любую живность – от навозных жуков и дикобразов до 900-килограммовой антилопы канна. Им нипочем ни 43-градусная жара в пустыне Калахари, ни 25-градусный мороз в России. Они прекрасно себя чувствуют в мангровых болотах на уровне моря на побережье Индии и на высоте 5,2 тысячи метров в Гималаях. Благодаря умению приспосабливаться, помноженному на талант становиться невидимыми буквально на глазах, леопарды вполне способны жить среди людей, как в Мумбаи. Вопрос в другом: научатся ли люди уживаться с леопардами.

Леопарды – относительно молодой вид: они появились каких-нибудь 500000 лет назад. Подобно нашим предкам, расселились по земному шару – от южной оконечности Африки до Дальнего Востока современной России, от нынешнего Сенегала на западе до Индонезии на юго-востоке. Быть может, леопарды шли за людьми, пользуясь способностью последних отгонять львов и других конкурентов. Или стали спутниками человека позже, пристрастившись поедать домашний скот. А может, это мы шли за ними, желая поживиться их добычей. (Леопарды больше других плотоядных страдают от воришек из-за своей привычки, припрятав добычу под кустом или на дереве, удаляться от нее, пусть и на небольшое расстояние.)

Хищность леопардов страхом запечатлелась в геномах наших собратьев-приматов. Даже никогда не видевшие леопарда обезьяны мгновенно приходят в повышенное возбуждение при виде пятнисто-желтой шкуры. Как, впрочем, и люди – леопарды нас и манят, и пугают. Чтобы понять всю противоречивость наших чувств, достаточно набрать в поисковике слово «леопард» – заголовки новостей поражают полярностью. Бывает что-то греющее душу («Новорожденные детеныши леопарда вошли в историю и в наши сердца»), бывает жестокое («Еще одно нападение леопарда в Джуннаре») и даже соблазнительно-гламурное («Жизель Бюндхен демонстрирует бикини с леопардовым принтом в Коста-Рике»). А бывает, заголовки дышат злобой и жаждой мести.

Однажды в Южной Африке, в провинции Лимпопо, я наведался в гости к скотоводу, владельцу ранчо. Этот добродушный богатырь, разменявший седьмой десяток, в рубашке с короткими рукавами, зеленых шортах и зеленых носках был похож на бойскаута. На письменном столе у него лежала испещренная пометками Библия, а на тумбочке покоился череп леопарда. В черепе виднелось аккуратное пулевое отверстие. «Мы этих животных любим, – начал он. – Красавцы! Но с ними трудно жить на одной территории. Здесь полным-полно зверей, на которых можно охотиться – бородавочники, павианы, кабаны, те, кто живет в природе. Но леопарды все равно воруют у меня телят». Он раскрыл записную книжку, в которой отмечает даты рождения и смерти коров ценной породы брахман, и принялся перечислять потери – нападения в последние полтора года происходили где-то раз в полтора месяца. Работники ранчо узнают о гибели теленка на утреннем обходе, когда корова громко извещает их о том, что у нее пропал детеныш, а значит, ее нужно срочно подоить. Потом она ведет их «прямо к останкам теленка: туша валяется наполовину обглоданная, или же то, что от нее осталось, запрятано на дереве».

Читать еще:  В канадском зоопарке родился редкий гиббон

По подсчетам скотовода, с каждым убитым теленком он теряет больше двух тысяч долларов. «У нас есть очень опытные охотники-следопыты, они скажут, что за зверь унес теленка – молодая самка или матерый самец», – говорит он. Странное дело – в Мумбаи бóльшую часть времени люди и леопарды мирно живут бок о бок. Так почему же в районах, подобных Джуннару, льется кровь?

Охотники-следопыты, да еще и череп на тумбочке – не иначе, кое-кто поджидает обидчика с винтовкой наперевес? Но мой хозяин не стал распространяться на этот счет: «С леопардами надо жить и помалкивать, а то попробуй что-то им сделать – за это могут арестовать. Другие убивают их сотнями каждый год, – прибавил скотовод. – Застрелят, свалят в яму, обольют бензином, бросят спичку, и дело с концом». Впрочем, возможен и другой сценарий: шкуры леопардов попадают на рынок, где на них всегда есть спрос – который, как ни странно, не в последнюю очередь подогревает вера в Бога.

. Стоял воскресный летний день. В восточной провинции Квазулу-Наталь погода выдалась великолепная. Тысячи верующих тянулись к вершине священного холма под пронзительный рев труб и медленные удары двухлитровых бутылок из-под газировки по огромным барабанам. У незамужних девушек на обнаженной груди красовались бусы. Замужние, закутанные в черные одежды, в такт трубам поднимали черные зонтики. Но больше всего впечатляли мужчины. Мимо меня прошествовало тысяча-полторы зулусов, облаченных в леопардовые шкуры, – у каждого была накидка на плечах и меховые повязки на голове, бицепсах, талии и лодыжках. На заросшей травой поляне мужчины начали двигаться в танце в такт монотонной музыке. Видом они напоминали свирепое войско, а движениями – охотников, выслеживающих добычу: слегка согнувшись и сделав шаг вперед, танцоры рывком вытягивали ногу вверх и медленно опускали на землю.

В представлении Назаретской баптистской церкви, или Церкви Шембе, – христианской конфессии, основанной в прошлом веке с учетом зулусских традиций, – танец есть форма богослужения и медитации. Не последнюю роль играет и одежда. В прошлом зулусские правители облачались в леопардовые шкуры, чтобы продемонстрировать свое могущество. Мужчины из Церкви Шембе – бухгалтеры, юристы, чиновники, бизнесмены – говорят, что шкуры леопардов приближают их к Богу и к предкам. Но попробуйте убедить в этом защитников прав животных! Побывав на подобном празднестве несколько лет назад, они пришли в ужас. Неслыханным было уже само количество используемых на церемонии шкур – и это в стране, где популяция леопардов неуклонно сокращается! (На сегодняшний день их осталось меньше семи тысяч.) А ведь шкуры нужно менять раз в пять-шесть лет, поскольку со временем они становятся жесткими и ломкими.

Каждый год многочисленные богослужения посещают все больше верующих, и при растущем спросе торговля шкурами вряд ли сбавит обороты, пока леопарды вовсе не исчезнут с лица Земли.

Цивилизация убивает куда чаще, чем природа. По всей стране в автомобильных катастрофах ежедневно гибнет 381 человек, еще 80 человек – на железной дороге и 24 – от удара электрическим током. Но стоит леопарду посягнуть на человеческую жизнь, как тут же поднимается шумиха в прессе.

Зоолог Тристан Дикерсон из организации по защите диких кошек «Пантера» на первом же религиозном представлении, где ему довелось побывать, заметил в толпе добрый знак – подделки. По большей части это были шкуры антилопы импала, неумело заляпанные леопардовыми «пятнами». Тогда Дикерсон решил сделать более искусную подделку – и наложил на виниловую основу ворсовую ткань, выкрашенную под леопардовую шкуру. «Надеюсь повторить успех поддельных Rolex», – смеется Дикерсон.

Его идею поддержали церковные власти, и в местной мастерской наладили производство искусственных шкур под торговой маркой Furs for Life («Мех ради жизни»). При мне открыто продавалась лишь одна настоящая шкура. За переднюю часть просили 390 долларов, за заднюю – 425. В стране, где годовой доход на душу населения меньше 13000 долларов, это большие деньги. Неудивительно, что многие верующие совсем не против мехов «местного пошива».

Читать еще:  В зоопарке Санкт-Петербурга родились совята

Индию можно назвать страной, проходящей тест на выживание на переполненной планете. Леопарды обитают здесь во множестве, вне заповедных зон и в тесном соседстве с человеком. В целом в стране к пятнистым диким кошкам относятся вполне терпимо, хотя именно Индия (с легкой руки британского натуралиста и писателя Джима Корбетта) обогатила наш язык выражением «леопарды-людоеды». Строго говоря, определение не совсем точное: как правило, леопарды нападают лишь на женщин и детей, не рискуя тягаться с более рослыми мужчинами.

Как львы, тигры и леопарды становятся людоедами?

Животных, способных убить и сожрать «царя природы», на Земле хватает — тут вам и акулы, и крокодилы, и волки с медведями. Однако страшное слово «людоед» ассоциируется у нас, в первую очередь, с тройкой крупных кошек — львом, тигром, леопардом (и примкнувшим к ним ягуаром).

Анекдот:
Однажды Эрнеста Хемингуэя спросили: «Правда ли, что если нести перед собой факел, то лев никогда не нападет на вас?»
Писатель ответил: «Это зависит от того, с какой скоростью вы будете нести факел».

Причины, по которым кошачьи осмеливаются нападать на двуногих, убедительно описал ещё Джим Корбетт. Этот английский охотник прославился как успешный истребитель самых опасных кошек-людоедов, которые беспредельничали в Индии в первой половине XX века.

Так вот, Корбетт утверждал, что в подавляющем большинстве случаев хищники становятся людоедами «по состоянию здоровья», когда уже не могут охотиться на привычную пищу. В девяти случаях из десяти причинами являются травмы, а в десятом — старость зверя. Вспомним хотя бы знаменитого тигра Шерхана из «Маугли», который носил прозвище «Лангри» («хромой»).

«Медицинская карточка» людоеда может быть весьма разнообразной. Это и раны, полученные от охотников, и сломанные зубы и челюсти, и даже иглы дикобразов, которые остаются в телах неосторожных хищников. Обычно такой «профнепригодный» убивает своего первого человека случайно, а потом входит во вкус. Питер Пауль Рубенс. «Охота на тигров и львов». 1618 г.
Питер Пауль Рубенс; commons.wikimedia.org

Джим Корбетт «Кумаонские людоеды»:
«Сравнительно молодая муктесарская тигрица-людоедка при встрече с дикобразом потеряла глаз, в предплечье и подмышкой ее правой передней лапы впилось около 50 игл длиной от одного до девяти дюймов.
…В то время как она лежала в густой траве, зализывая раны и страдая от голода, какая-то женщина решила скосить как раз эту траву на корм для своей коровы. Сперва тигрица не обращала на нее внимания, но когда женщина оказалась совсем близко от нее, зверь прыгнул и ударил — удар пришелся по черепу женщины. …Не тронув трупа, тигрица проковыляла свыше мили и спряталась в небольшой яме под упавшим деревом. Через два дня один мужчина пришел туда, чтобы наколоть дров, тигрица убила и его. Он упал поперек ствола, и так как тигрица разодрала когтями его спину, то запах крови, по-видимому впервые, внушил ей мысль, что она может утолить свой голод человеческим мясом. …Днем позже она уже „намеренно“ и без всякого повода убила свою третью жертву. С этого времени она стала настоящей людоедкой и, прежде чем ее уничтожили, успела убить 24 человека».

Пристрастие к человеческому мясу может появится у хищников и после того, как они попробуют человеческие трупы — особенно во времена войн и эпидемий.

Редко (но так тоже бывает) на путь людоедства вступают вполне здоровые звери. Например, в дельте Ганга есть тигровый заповедник Сундарбан. В нём полно непроходимых мангровых зарослей, где тигры чувствуют себя вольготно и ведут безнаказанно. Считается, что каждый четвёртый тигр Сундарбана — потенциальный людоед.

Риск «людоедства» возрастает и когда в привычных местах проживания хищников появляется большое количество людей. Именно по этой причине (а вовсе не из-за врождённого миролюбия) амурские тигры считаются менее опасными, нежели бенгальские (просто в Приморском крае гораздо меньше плотность населения, чем в Индии, да и самих тигров меньше).

Ярким подтверждением вышесказанного является история людоедов из Цаво. Цаво — это район в Кении и одноименная река. В XIX веке это было довольно дикое и безлюдное место. Но в 1898 году там начали строить мост для железной дороги, призванной соединить Момбасу с Найроби. Английские инженеры привезли для «чёрной» работы несколько тысяч индусов. Не успела стройка начаться, как рабочие стали один за другим исчезать. Оказалось, что на лёгкую добычу положила глаз пара львов-людоедов. Вскоре они настолько осмелели, что стали убивать людей прямо у их палаток. Не помогали ни костры, ни ограждения из колючей проволоки…

Львиный «террор» продолжался 9 месяцев. Видя, что рабочие начали разбегаться, главный инженер — Джон Паттерсон — решил положить этому конец. Ему удалось убить двух львов, один из которых оказался длиной без малого три метра (чтобы отнести тушу в лагерь, понадобилось 8 человек). Интересно то, что, хотя львы оказались самцами, гривы они не имели. Сегодня чучела людоедов из Цаво можно увидеть в Музее естественной истории в Чикаго. Чучела львов-людоедов из Цаво
Mikedk9109; commons.wikimedia.org

Читать еще:  Новый Жрун объявился на Камчатке: медведь до сих пор не впал в спячку

О своём подвиге Паттерсон написал книгу, по мотивам которой в 1996 году сняли художественный фильм «Призрак и Тьма». Правда, писатель не избежал «синдрома рыболова», и от издания к изданию количество жертв львов росло (сначала он писал о 28 убитых рабочих, потом — о 135-ти)…

Следующие знаменитые людоеды пали уже от руки упомянутого Джима Корбетта.

Первым трофеем охотника стала Чампаватская тигрица — чрезвычайно хитрая и дерзкая людоедка. Сначала она терроризировала население Непала, где отправила на тот свет около 200 человек. Когда власти устроили на неё облаву, заручившись помощью… армии, тигрица перебралась в соседний район Индии — Кумаон, где продолжила убивать, доведя счёт до 436 человек. Хищница без страха заходила прямо в поселения, но охотникам в руки не давалась. Лишь в 1907 году Корбетт сумел выследить и застрелить Чампаватскую людоедку, идя по кровавому следу убитой 16-летней девушки. Осмотр тигрицы подтвердил теорию охотника — хищница оказалась «инвалидкой» с двумя сломанными клыками.

За этот подвиг местный люд чуть было не объявил Корбетта святым, а на месте убийства людоедки поставили цементную плиту.

Во время охоты на тигрицу охотник услышал о другом людоеде, промышлявшем в районе Кумаон — т.н. леопарде из Панара, который убил около (вдумайтесь!) 400 человек прежде, чем в 1910 году был застрелен Корбеттом.

Несмотря на этот ужасный «рекорд», более известна другая жертва Корбетта — леопард из Рудрапраяга, сумевший за период с 1918 по 1926 год убить 125 человек. Хищник облюбовал тропу, по которой ходили индусы-паломники, поэтому с пищей у него проблем не было. Леопарда так долго не могли убить, что местное население объявило его неуловимым и неуязвимым демоном, почище Джека-Потрошителя. Лишь 2 мая 1926 года Джим Корбетт доказал, что это не так.

Вот как сам охотник описал физическое состояние убитого им зверя:

«Зубы — стертые и желтые, один клык сломан.
Раны — одно свежее пулевое ранение в правое плечо; одно старое пулевое ранение в подушечку левой задней ноги; на той же ноге не хватает части пальца и одного когтя; несколько глубоких и частично заживших ран на голове; одна глубокая и частично зажившая рана на правой задней ноге; несколько частично заживших ран на хвосте; одна частично зажившая рана на коленном суставе левой задней ноги».

Очередным знаменитым людоедом, застреленным Корбеттом, стала Чаугарская тигрица из уже упомянутого района Кумаон. Охота на неё была долгой, поэтому за период 1926−30 гг. хищница успела убить 64 человека. Интересно, что поначалу тигрица разбойничала сама, а потом «втянула в криминальную деятельность» своего подросшего сына.

Обо всех этих случаях вы можете подробнее узнать из замечательных книг Корбетта «Кумаонские людоеды» и «Леопард из Рудрапраяга».

Что касается Африки, то самым знаменитым после львов Цаво стал людоедский прайд, промышлявший в окрестностях танзанийского города Ньомбе и сгубивший около 1500 человек!

Местное население считало, что это месть шамана, которого «уволили с должности». Даже после того, как охотник Джордж Раш убил 15 хищников и убийства прекратились, местные полагали, что своим спасением обязаны тому же шаману, которого быстро «восстановили в правах»…

Какие же выводы можно сделать из вышесказанного? Да самые банальные. Конечно, крупные кошачьи при открытой встрече с человеком предпочитают ретироваться — всё-таки лучше напасть на буйвола, чем стать желанной целью охотников.

Тем не менее дикие хищники — это не добродушный Тигра из «Винни Пуха». Да и за прирученными нужен глаз да глаз, чтобы не вышло, как в известной шутке: «Дpессиpовщик выпил, тигpы закyсили».

В своё время всех советских людей шокировала трагедия, которая произошла в семье Берберовых, державшей в городской квартире (!) двух львов — Кинга I и Кинга II. Львы быстро стали знаменитостями — снимались в фильмах (Кинг I был героем «Невероятных приключений итальянцев в России»), о них писали в книгах и газетах.

Идиллия закончилась в 1980 году, когда на Кинга II накатил приступ ярости. Лев кинулся на Нину Берберову и разодрал ей спину. Её 14-летний сын пытался остановить зверя и был убит…

В общем, аккуратнее надо быть с диким зверьём. Иначе могут произойти вовсе комически-трагические случаи.

Б. Гржимек «Серенгети не должен умереть»:
«…дело было так. Охотник застрелил льва, и только собрался поставить ногу на убитое животное, чтобы сфотографироваться, как „мёртвый“ лев вскочил и разорвал его. Оказалось, что он был ещё жив. „White hunter“ (белый охотник — С.К.), сопровождавшего гостя, из-за этого случая на пять лет лишили работы».

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector